Новости

31.03.2018 Отравление в Великобритании экс-полковника ГРУ Сергея Скрипаля и его дочери Юлии, поставившее под угрозу жизни по меньшей мере 130 местных жителей, было признано западными союзниками первой в истории НАТО химической атакой против европейской страны. По единодушному мнению всех членов Альянса и его партнеров по всему миру, вина за этот чудовищный акт против человечества лежит целиком на России, которая, по словам британского премьера Терезы Мэй, совершила "акт незаконного применения силы" против Соединенного Королевства. Глава МИД этой страны Борис Джонсон уверен, что приказ об исполнении заказа на убийство Скрипаля отдал лично президент РФ Владимир Путин. Подобные обвинения фактически беспрецедентны в современной истории: ранее в использовании боевых отравляющих веществ были уличены лишь лидеры режимов-изгоев — глава КНДР Ким Чен Ын и президент Сирии Башар Асад. Именно поэтому последовала столь жесткая реакция в отношении Москвы — массовая высылка российских дипломатов в количестве около 150 человек, чего в обозримом прошлом не случалось никогда прежде ни с одной страной, тем более — с постоянным членом Совбеза ООН. Литовская Республика отреагировала одной из первых среди почти трех десятков государств, объявив о намерении выдворить сотрудников дипмиссии РФ. Министр иностранных дел Литвы Линас Линкявичюс в интервью Newsader рассказал, что сподвигло Вильнюс присоединиться к антикремлевскому дипломатическому демаршу. По мнению главы внешнеполитического ведомства, отравление Скрипаля — это преступление, которое является экстраординарным даже для путинской администрации, замеченной в систематической эскалации конфликта. По мнению литовского министра, это шокирующее событие в очередной раз доказало, что с нынешними кремлевскими властями можно разговаривать лишь на языке силы.

С остальной Россией, которую Линкявичюс отнюдь не сводит к российскому руководству, оказалось вполне возможно разговаривать на языке "человеческом", о чем свидетельствует в том числе тот факт, что наша беседа шла на русском. Еще более важно то, что именно в Вильнюсе в самое ближайшее время состоится уже пятый по счету Форум свободной России, который проводится при прямом содействии МИД Литвы.

NA: Господин Линкявичюс, насколько убедительными Вам показались данные Британии, согласно которым Россия является виновником отравления Скрипаля, его дочери и еще как минимум 19 местных жителей?

Линас Линкявичюс: Я бы ответил коротко так: нет сомнений в достоверности этих фактов, и у нас нет причин не доверять анализу и выводам, которые сделаны Великобританией. Это подтверждает та информация, которая была предоставлена, и тот контекст, который я бы все-таки имел в виду, поскольку это не единичное событие, которое всех потрясло и удивило: к сожалению, это уже систематическое явление.

Не только Вы об этом спрашиваете, но и многие другие: есть ли у нас какие-то конкретные доказательства причастности России? Конечно, у нас есть очень много фактов, которыми поделилась Великобритания, и этого достаточно.

И тут не только решение Литвы. Мы говорим о скоординированных действиях целого ряда стран, что необычно, тем более что каждая страна имеет свою точку зрения и свой опыт — разный, надо отметить, однако в данный момент все объединились и решили, что этот ответ был бы наиболее ощутимым.

Кстати, некоторые страны сделали такие же или очень подобные шаги несогласованным способом — это беспрецедентный случай, как беспрецедентен и сам инцидент в Солсбери: впервые после Второй мировой войны химическое оружие было применено на территории Евросоюза и НАТО. Это вызов не только соответствующей стране — Великобритании, — но и вызов всему международному сообществу. Таким образом, у нас не было других вариантов, кроме как ответить единодушным и скоординированным способом.

NA: Говоря о контексте, что именно Вы имеете в виду?

Л.Л.: Я имел в виду российскую политику постоянного отрицания всего, что очевидно. Россия, как мы знаем, не участвует в военных действиях в Украине. Россия, можно говорить, не присутствует официально в Сирии. Россия как государство якобы не имело никакой роли в допинговом скандале. Я уже не говорю о войне в регионе Южного Кавказа в 2008 году. И так далее — тут много всего. У отдельных стран появился дополнительный национальный опыт: скажем, во Франции — во время президентских выборов, в Голландии — после того, как был сбит самолет рейса MH-17. Так что тут очень много таких событий. Можно даже назвать это новой практикой, которая заставляет нас относится к этому как к "норме".

Все согласны с тем, чтобы пора реагировать другим способом, тем более что предыдущих реакций Запада недостаточно — об этом говорят очень многие. Как это будет дальше, мне трудно судить. Кстати, это зависит и от реакции России: либо она и дальше будет эскалировать ситуацию, по своему обыкновению все отрицая, либо она будет искать выход из этой тупиковой ситуации и в военном плане, и в политическом, и в экономическом, тем более что для этой постоянной конфронтации нужны средства. С другой стороны, это можно понимать как способ сплотить общество внутри России на таком, я бы сказал, псевдопатриотизме — якобы на страну нападает весь мир. Но все-таки это путь в никуда, и наступит время, когда придется задуматься, как поменять свое поведение.

NA: Вы сказали об опыте разных стран, который сподвиг их на столь единодушный ответ. Есть ли у Литвы соответствующий опыт, который стал одной из движущих сил для принятия решения о выдворении части российской дипмиссии?

Л.Л.: Такой опыт есть. Мы одни из немногих, кто, оценивая шаги России, говорили про политику экспансии во время войны в Грузии. Мы были одни из немногих, которые говорили, что нам нельзя так быстро соглашаться с этой ситуацией. Тем более что первичная реакция ЕС, НАТО и целого ряда стран была довольно принципиальной и конкретной. Но очень быстро — через два-три месяца — все вернулось в "нормальное" русло. Мы говорили, что это ошибка. Нам не верили: говорили, что мы слишком перегибаем палку.

NA: Как Литва оценивает преступление в Солсбери: в качестве преступления против конкретных лиц или все-таки в качестве военной агрессии иностранного государства, о чем говорила ранее премьер Соединенного Королевства Тереза Мэй, назвавшая это "актом незаконного применения силы" со стороны РФ?