Новости

Подводя итоги трехдневного делового визита большой делегации Калининградской области в Литву, «Вечёрка» отправилась в гости к генеральному консулу Литовской республики в Калининграде Вацлаву СТАНКЕВИЧУ. Мы предложили Вацлаву Иосифовичу рассказать о своем видении экономических аспектов сотрудничества Литвы с нашим регионом.

- Добрый день, господин Генеральный консул. В качестве первого вопроса. – как Вы относитесь в свете недавно вступившего в силу соглашения о судоходстве России и Литвы в Куршском заливе к идее его расширения до уровня международного судоходства, что даст зеленый свет развитию международного туризма на Куршской косе?

- Обсуждать это пока рано. Литва пошла по такому пути – давайте сделаем хоть что-либо. Долго договаривались и договорились. Мы благодарны российской стороне. Подписали соглашение по Куршскому заливу. Я еще сам был парламентарием, когда этот документ ратифицировали. Мы очень радовались. 15 мая этого года произошел обмен ратификационными грамотами. Пока Соглашение расчитано на два флага (Россия и Литва – прим. Ред.). Я верю – это выгодно Литве, это выгодно России в плане будущих доходов от туристического бизнеса. Но, увы, остановлюсь на этом. Потому что ратифицированное и подписанное соглашение не работает. Инфраструктура с российской стороны не подготовлена. Нет пунктов пропуска в Рыбачьем, хотя эта проблема известна уже давно. Мой упрек - не к региональной власти. Региональная власть сказала бы то же, что и я. Я вижу, насколько губернатор Боос и его правительство старается, чтобы заработало это соглашение, потому что они понимают, что если будет развиваться туризм, то бюджет Калининградской области будет пополняться. Но пока нет пограничного поста, российские пограничники и таможенники физически не могут принять катер, судно, яхту. Вот соглашение и не действует. Поэтому нет смысла пока говорить о международном судоходстве. Вы же понимаете, что мы страна Европейского Союза, и мы бы только приветствовали это.

- В продолжении темы Куршской косы – как Вы относитесь к выполняемым проектным работам по Особой Туристической Зоне?

-  Буквально на прошлой неделе я был в Чистых Прудах, это музей Донелайтиса (Кристионас Донелайтис – светоч литовской поэзии, автор эпической поэмы «Времена года» (Metai), закончивший Альбертину и с 1743 года до самой смерти служивший пастором лютеранской церкви в деревне Тольминкемис – ныне Чистые Пруды, прим. Ред.). Он находится на российской территории. Тем не менее, этот объект очень дорог для литовцев. В пятницу отмечалось 30-летие этого учреждения филиала историко-художественного музея и я видел, насколько дорожат россияне эти объектом тоже. Это то, что нас объединяет. Куршская коса тоже нас объединяет! И не важно, что она делится на российскую и литовскую часть. Мы находимся в списке ЮНЕСКО как один объект. И естественно мы должны сделать все, чтобы мы присутствовали в этом списке. А значит мы должны выполнять требования ЮНЕСКО. И Литва этого придерживается очень строго. Однако этим летом литовская сторона получила тревожные сигналы со стороны ЮНЕСКО о том, что российская сторона собирается урбанизировать Куршскую косу со своей части, однако не предоставляет никакой информации, насколько эта урбанизация соответствует правилам ЮНЕСКО. Это их очень обеспокоило. Нам даже было сказано, что если дело пойдет так, то нас, Куршскую косу, исключат из списка. Я не буду говорить, почему важно быть в этом списке ЮНЕСКО. Потому что это и реклама, инвестиции, приток туристов и так далее, большие возможности как для России, так и для Литвы. Поэтому когда зазвучали требования от ЮНЕСКО предоставить информацию, я специально по этому вопросу ездил к заместителю полномочного представителя Президента Росссии по Северо-Западу Александру Ярославовичу Дацышину, к вице-премьеру правительства Калининградской области Юрию Сергеевичу Шалимову. С ними говорил об этой проблеме. Конечно, они сделали определенные шаги - звонили, писали. По-видимому, ЮНЕСКО получило некоторые ответы и заверения, что проектировщики будут придерживаться их требований.

Как мы также поняли, все, что будет построено на Куршской косе с российской стороны, проектируется на федеральном уровне, где, видимо, не учли необходимость поставить в известность ЮНЕСКО. Если вовлекать в разработку подобных проектов местных специалистов-проектировщиков, то таким способом можно было бы иметь больше информации и избежать подобных нестыковок.

- Как Вы могли бы охарактеризовать текущее состояние дел по проекту 2К (совместная работа портов Калининграда и Клайпеды)?

- Надо, чтобы этот проект стал рабочим, а не только на бумаге, о чем говорил ваш губернатор Георгий Валентинович Боос, встречаясь в Вильнюсе с нашими министрами. Я бы сказал со своей стороны так: не все потеряно. Действительно, проект 2К не работает. Но он есть, и у него потенциал. Нам только надо его использовать. Для этого нужно более трезво посмотреть друг на друга - я имею ввиду взаимные тарифы, которые идут в сторону клайпедского порта и калининградского. Литовская сторона сделала уже некоторые шаги, но российская сторона еще не совсем довольна. Может быть, действует инерция. Но надо не забывать, что в 2009 году тарифы не поднимались для грузов в калининградском направлении. Хотя это было в планах. То есть Литва идет в направлении реализации 2К с осознанием того, что нельзя одеяло тащить только в свою сторону, но надо понимать и Калининград. В 2009 мы не повышали и в 2010-м также не планируем повышение тарифов. А на некоторые грузовые позиции (правда, не на все) тарифы снизили. Ждем адекватных шагов с российской стороны. Если они будут - заработает 2К. Я согласен с мнением вашего регионального руководства, высказанном во время последнего визита в Вильнюс: мы должны рассматривать Клайпеду и Калининград как порты-партнеры, а не как порты-конкуренты.

- Может проект 2К не до конца заработал, так как грузопоток по России в балансе клайпедского порта занимает только 7%?

- Слабая загрузка порта Клайпеды на российском направлении - это еще один фактор, почему трудно сделать так, чтобы заработал 2К. Еще раз повторю, мы должны быть партнерами. Наше близкое географическое положение к этому подталкивает. Партнерство могло бы компенсировать некоторые недостатки калининградских портов - я имею в виду длинный канал прохода и одностороннее движение. Клайпеда находится в более выгодном положении. То есть может принимать более высокотоннажные суда и канал там гораздо глубже. Так что, если мы друг друга увидим не как конкуренты, а как дополняющие друг друга по возможностям порты, то мы сможем конкурировать с портами Евросоюза: Ригой, Таллинном и с российским Санкт-Петербургом. Нам надо идти по такому пути.

- Как Вы относитесь к росту взаимного протекционизма, возникшего в последнее время между нашими странами по отношению к автоперевозчикам. Это и рост стоимости транзита, и сокращение взаимных квот на перевозку с территории другого государства, и участившиеся скандалы с длительными задержками. В этом же аспекте воспринимаются интервью высокопоставленных литовских политиков о стратегической цели на экологическое развитие и соответственно по сокращению автотранспортных потоков в пользу железнодорожных.

- Так исторически сложилось, что литовские перевозчики обладают современными автомобилями, и могут успешно конкурировать во всей Европе. Однако сейчас не лучшее время для наших перевозчиков. Причины вы уже назвали, и тут нечего повторяться. Я абсолютно с вами согласен. Ну а как будет дальше, ответит рынок. Ведь Литва – это страна рыночной экономики. Мы не можем приказать перевозчикам – исчезнете с карты нашей экономики. Если будут улучшаться взаимоотношения, если появится взаимопонимание на границах, если будет меньше барьеров для пересечения границ, неоправданного протекционизма – будет развиваться сектор международных автоперевозок. Кстати, политики с больших трибун заявляют, что ни в коем случае нельзя заниматься протекционизмом. А делается все наоборот. И в странах Европейского Союза тоже. Поэтому, если это всё преодолеем, то учитывая опыт работы литовских перевозчиков в этом секторе экономики, они будут и дальше работать, развиваться.

- В последнее время и литовскую авиакомпанию, и наше «КД Авиа» «накрыли» финансовые проблемы. В Литве сейчас озвучивается идея создания единой прибалтийской авиакомпании совместно с Латвией и Эстонией. Как в этой связи Вы видите перспективы интеграции с участием Калининграда?

- Действительно, я подтверждаю, что такие разговоры идут. Три прибалтийских государства могли бы создать единую компанию, а не жестко конкурировать (речь идет о последней демпинговой войне литовского и латвийского авиаперевозчиков, прим.Ред.). И возможно от этого выиграли бы жители наших стран. Но это пока теоретический вариант. Я на днях был в вильнюсском аэропорту – он современный, модернизированный, готов принимать самолеты больших размеров. Но при этом даже с некоторыми столицами европейских стран из Вильнюса нет прямого авиасообщения. Сейчас литовское министерство путей сообщения работает в этом направлении, стремясь улучшить положение в этом секторе нашей экономики. Ведь у Литвы - три современных аэропорта. Аэропорты Каунаса, Вильнюса обладают хорошей инфраструктурой. И Паланга, кстати, тоже. Это не очень большой аэропорт, но тоже модернизированный. Там большая взлетная полоса, новое освещение. Я еще работал в Сейме, когда мы «пробивали» туда инвестиции. Так что мне трудно представить сейчас, что Литва откажется от своего национального авиасообщения, и пойдет только по пути строительства чего-то общего. Хотя сейчас ситуация у нас непростая. Многое наложилось одновременно: и кризис, и банкротство национальной авиакомпании. Однако инфраструктура есть, и я уверен, что со временем наладится работа через упомянутые мною аэропорты. Ну а интеграция трех стран в плане авиалиний – насколько это реально, время покажет. Ситуация зависит не только от Литвы. Тут еще и Латвия, и Эстония с их летной инфраструктурой. Поэтому-то я бы это объединение авиаперевозок трех стран назвал пока теоретическим.

Теперь что касается Калининграда. У нас, в Литве уже давным-давно разделены в самостоятельные предприятия аэропорт и авиалинии. И так везде. В Калининграде разделение авиаперевозчика и аэропорта произведено не было. Буквально недели через две после моего прибытия в Калининград и вступления в должность, я посетил ваш аэропорт, познакомился с его генеральным директором. Когда мы беседовали, эта тема – там разделения также поднималась. И директор вашего аэропорта согласился, что реорганизацию надо делать. И теперь еще очевиднее, делать ее придется. Чтобы в Калининграде появились отдельное предприятие аэропорт и отдельное предприятие авиалинии. И чтобы каждое предприятие отвечало за себя. Вот поэтому сейчас рано говорить о каком-то общем объединении балтийских авиаперевозчиков, пока в отношении продвижения по рыночному пути развития конкуренции мы находимся на разном уровне.

- Хотя про это много говорилось во время визита нашей делегации в Вильнюс, хотелось бы обобщить отношение литовской стороны к проекту строительства Балтийской АЭС?

- Литва, как страна, признает, что Российская Федерация, на своей территории, какой является Калининградская область, имеет право планировать и строить то, что считает нужным. Так что это вполне законное желание - строить атомную станцию на своей территории. Но важно учитывать то, что будущая Балтийская АЭС возникнет в районе Немана, а это 15-20 км до границы Литвы. Поэтому важно, чтобы такой серьезный объект эксплуатации, как атомная станция, не был яблоком раздора между нашими странами уже изначально – на этапе проектирования. Поймите, я дипломат и должен подбирать слова, но я вам скажу: если уж российская сторона возьмется строить Балтийскую АЭС, она должна ее строить, так, как вроде бы она строила ее и на территории Литвы тоже. Ведь 15-20 км – это ничто. Это гораздо ближе до территории моей страны, чем до Калининграда. Будь я на месте застройщиков атомной станции, я делал бы все возможное, чтобы привлекать как можно больше не только российских, но и литовских экспертов на стадии проектирования. Что еще о калининградской и литовской энергетике хотелось бы сказать? Прибалтийские страны - Литва, Латвия, Эстония - делают все возможное, чтобы наши электросети были интегрированы с электросетями западной Европы. Мы идем к этому последовательно (проект строительства электролинии Швеция-Литва по дну Балтийского моря, прим. Ред.). И конечно в этой ситуации надо учитывать геополитическое положение Калининградской области, которое подталкивает интегрировать эту часть России в ту же энергосистему. Возьмём для примера Куршскую косу. Ваш Рыбачий и наша Нида - уже энергетически связаны между собой (Рыбачий снабжается электроэнергией сразу из Литвы через Ниду, прим. Ред.). Конечно, Калининградская область – это российская территория. Но она удалена от остальной части страны. А население растет: здесь уже живет 1 миллион россиян, а в будущем, наверное, будет больше. И, лично я считаю, было бы логично, чтобы Калининградская область также, как и Литва двигалась в направлении интегрирования энергосистем с Европой.

- А насколько все-таки реальны прогнозы, что Литва станет будущим потребителем электроэнергии от строящейся Балтийской АЭС?

·  Понимаете, Литва все-таки идет по пути строительства своей новой атомной электростанции (по соглашению с Евросоюзом Литва обязалась закрыть свою атомную станцию, построенную еще по советской технологии, в обмен на строительство в перспективе новой атомной по французской технологии, прим. Ред.). Литва будет строить и развивать энергетику совместно с Латвией, с Эстонией и с Польшей. И Белоруссия тоже решила строить свою АЭС, стремясь к своей энергетической независимости, как от России, так и еще от кого-то, от той же Литвы. Ну решили строить - пусть строят. Но если уж строить АЭС, то надо не замкнуться в себе, выйти на просторы Европы, продавая полученную энергию. Поэтому и строить нужно по тем стандартам, куда энергия будет продаваться. Иметь ответственность и за соседей, и за всю Европу. И всем нам при строительстве подобных, явно не локально нацеленных объектов энергетики, нужно сразу интегрироваться в единую европейскую энергосистему. Когда построили, а потом интегрируются - очень много проблем. Лучше интегрироваться уже сейчас, на стадии проектирования.

Публикацию подготовил Даниил КОФНЕР.

КОММЕНТАРИЙ РЕДАКЦИИ:

Вацлав Станкевич в ходе интервью многократно подчеркивал, что скорее озвучивает свою личную точку зрения, как человека неравнодушного к Калининграду. И только поэтому, искренне радея за успешное развитие нашего региона, он позволяет себе давать советы. Красной нитью через все интервью, по сути, проходит одна главная идея – давайте стремиться к взаимной увязке наших стратегических проектов и, как минимум, к их прозрачности для соседей. Будь то мегапроект развития нашей части Куршской косы или проект строительства Балтийской АЭС – чем на более ранней стадии станет наглядно видна увязка проектной документации к специфике литовских соседей, тем лучше для всех. В одном случае это учет требований ЮНЕСКО и параметров совместного туристического развития всей заповедной Куршской косы в целом. В другом случае это учет международных норм безопасности, экологических норм и параметров интеграции в общую энергосистему. Очень приятно, что наша региональная власть воспринимается как надежный партнер и единомышленник в деле интеграции и сотрудничества по всем направлениям и подчеркивается большая роль личной дипломатии губернатора Георгия Бооса. И хорошо, что честно обозначены проблемы, стоящие на пути взаимовыгодного сотрудничества. А, самое важное, что многократно подчеркнута уверенность в успешности решения этих проблем с учетом позиции наших региональных властей и веры в их достаточный авторитет на федеральном уровне.